ИТУРУП. Человек в истории «Гидростроя»
14 марта ГК «Гидрострой» встречает свою 35-ю весну. Возраст солидный, зрелый. В 1991 году компания родилась на Итурупе, так остров стал её домом. Именно с ним связана и вся история юбиляра — одного из крупнейших рыбопромышленных предприятий России.
В цикле материалов «ИТУРУП. Человек в истории «Гидростроя», посвященному 35-летию холдинга, мы предоставляем слово нашим героям, чей рабочий стаж уже перевалил за четверть века.
Сергей Викторович Асеев сначала попал на Итуруп служить в армии, потом женился на курильчанке, уехали с семьей на материк, но вернулись. Теперь у бригадира прибрежного лова (бригада номер один, поселок Рейдово) уже 27 лет рабочего стажа в ГК «Гидрострой».
— На Итуруп я впервые попал в 1985 году, служил здесь в армии, в гарнизоне на аэродроме «Буревестник». Родом я из северного Казахстана, а призывался из Омска. После службы остался поработать здесь, в рыбколхозе «Заветы Ильича». Устроился в гараж водителем, на время путины меня привлекали в рыболовецкие бригады для перевозки рыбы.
Тогда Курильск был совершенно другим — серенький, мрачный, грязный, все ходили в резиновых ботах по колено.
Чтобы выбраться с острова, иногда неделями ждали самолет. И морем не особо уйдешь: в портпункте суда разгружали на рейде, чуть сильнее волна — и баста, погрузка закрыта.
Магнитом снова потянуло…
В общем, поработал недолго, женился здесь на курильчанке, и мы уехали на материк лет на десять. А потом как магнитом снова потянуло сюда…
Вернулись на Итуруп с маленьким сыном в 1999 году. Думал, как и многие, что поживу лет пять, подзаработаю деньжат — и домой. А затянулось все на 27 лет.
Тогда на материке разруха была, а здесь еще хуже — и с жильем, и с бытовыми удобствами, и со снабжением. Но зато в смысле заработка все-таки перспективы были лучше, хотя бы финансовая стабильность.
Были очень хорошие подходы горбуши, в лучшие годы на Итурупе мы брали по 35-40 тысяч тонн за путину. Ведь у нас работа сдельная, заработок зависит от улова, от объема производства. Поймал больше рыбы, без потерь обработал — получил больше денег. Люди это понимают, вкалываем на совесть, ну и хорошо зарабатываем.
Я ведь еще застал время, когда рыбу и икру просто солили в бочках. Тогда много людей на путину привлекали, только в Рейдово летом заполнялось пять общежитий. Труд был полностью ручной, очень тяжелый. Почти весь улов сдавали в море, на береговых мощностях очень мало обрабатывали. Колхоз работал отдельно, завод на берегу отдельно.
Лет пятнадцать
в море отходил
В мой второй приезд уже начала активно развиваться береговая переработка на Итурупе. Я тогда сразу устроился в одно из подразделений «Гидростроя» — в ЗАО «Курильский рыбак».
Работал мотористом, лет пятнадцать в море отходил. На моих глазах все разительно менялось: появились холодильные мощности, глубокая заморозка, автоматизированные линии по разделке рыбы. Стала значительно лучше организация труда, по сравнению с колхозом — земля и небо!
Бригадиром на «прибрежке» меня назначили в 2015 году. Сейчас в моей бригаде 40 человек, работаем как обособленное отделение.
Есть еще одна постоянная бригада, каждая в своем заливе работает. На большой путине еще и дополнительные бригады организуем, они временные участки облавливают.
Над нами — непосредственный руководитель, начальник службы добычи ЗАО «Курильский рыбак» Дмитрий Суродин. То есть, управленческая вертикаль небольшая, нет долгих ежедневных заседаний, все в рабочем режиме. Какие-то вопросы решаются на ходу – в море по рации, а на берегу по телефону, связь хорошая по острову.
У нас в бригаде пять рыболовецких судов. Двадцать метров длиной, надежные, удобные для наших задач, мореходность хорошая, средства навигации отличные.
Но мы без нужды не рискуем — в шторм не ходим, тем более, прогноз погоды сейчас точный. Во флоте «Гидростроя» есть и малые, и средние сейнеры, они работают подальше — автономно на севере острова, с ночевками в море. У них другие участки, и организация работы выстроена таким образом, что транспортные корабли-рефрижераторы к ним подходят, забирают улов и доставляют на берег для переработки.
Раньше для нас главной была «красная» путина, мы работали ставными неводами. Но к огромному сожалению, подходы горбуши и кеты на Итуруп в последние годы резко упали. Наука говорит, это связано с глобальными процессами: потеплела вода в океане, начало быстро расти стадо тихоокеанской сельди, которая питается тем же, чем и горбуша, и уничтожает ее кормовую базу. Мы замечаем, что в сети все чаще попадаются невиданные раньше южные виды: акулы, фугу, тунцы. А однажды поймали двухметровое чудо-юдо — рыбу-луну!
Рыбу привозим на берег еще живую
Мы теперь перешли на промысел разнорыбицы, главным образом добываем треску и минтая. Продукция из них тоже выгодная, спрос хороший – при условии, конечно, что рыба будет быстро и качественно переработана. Этот процесс у нас в компании отлажен, можно сказать, идеально.
Рыбу привозим на берег еще живую, иногда даже приходится немного подождать, чтобы ее можно было насосом качать, чтобы она на разделочном столе не прыгала. И уже через 20 минут весь улов в цеху.
Но если переработка у нас автоматизирована, то труд рыбака остался по-прежнему ручной; роботов нам на замену еще не придумали.
Сейчас даже труднее стало: если лосося из неводов сразу «сливаешь» в трюм, а оттуда по вакуумному насосу он поступает в цех на конвейер, то треску и минтая мы берем придонными сетями. Каждую рыбину надо из сетки выпутать — а поднимаем на борт 3-4 тонны! Хотелось бы и больше объемы брать, но за одну ходку это просто нереально. На палубе пять человек, капитан в выборке сетей не может участвовать.
Получается, каждому рыбаку нужно тонну выпутать, а в море качка, ветер — погода ведь не всегда комфортная. Но ничего, к работе рыбакам не привыкать, главное – она есть.
Островная сущность — во взаимовыручке
Иногда, конечно, задумаешься — а что тебя на Итурупе держит? Сын уже вырос, живет и работает на Сахалине. Почему бы не перебраться поближе…
Но, как говорится, от добра добра не ищут.
Жизнь на острове стала намного комфортнее, с прежними годами не сравнить. Жилье строится, появились отличные школы, бассейн, спортивные секции, дворец культуры.
В магазинах все есть, даже свежие овощи, фрукты круглый год. Дороги заасфальтированы, аэропорт рядом, самолеты в Южно-Сахалинск каждый день летают, а летом и во Владивосток можно улететь напрямую. Глубоководный пирс, пароходы ходят пассажирские.
Мы уже здесь себя оторванными от большой земли давно не чувствуем. Тут свой микроклимат, люди другие. Островная сущность — во взаимовыручке. Человек тут быстрее проявляется, сразу видно, чего ты стоишь — в этом тесном мире.
А еще за эти годы компания наша прямо на глазах мощно выросла, вышла на мировой уровень. Конечно, чувствуешь к этому причастность, гордишься успехами. И понимаешь: уезжать смысла нет, ты уже укоренился, дом твой настоящий — здесь, на острове.
Досье «Дальневосточного капитала»: ГК «Гидрострой» — крупнейший на Дальнем Востоке рыбохозяйственный холдинг, ведущий свою деятельность на Сахалине и Курилах, в Приморском крае. Он объединяет предприятия, занимающиеся океаническим и прибрежным рыболовством, переработкой и реализацией водных биоресурсов, искусственным воспроизводством тихоокеанского лосося, производственным и гражданским строительством, экологическим туризмом. В группе компаний работают 7000 человек, из них 3500 — в море. В 2026 году ГК «Гидрострой» отмечает свое 35-летие.
Все интервью собраны в одном материале, читайте по ссылке
Итуруп — это наша судьба
Беседовал Владимир Семенчик
Фото: Юрий Смитюк, Григорий Иванников, Максим Фёдоров.